Латвийский журналист и политик Андрей Мамыкин, в прошлом депутат Европарламента, рассказал о жизни русскоязычного населения в Прибалтике. По его словам, русофобия в Латвии началась задолго до распада СССР, а сегодня она проявляется в запрете русского языка в образовании, доносах соседей и милитаризации региона. Мамыкин вынужден был покинуть родину и теперь живет в Москве и Минске.
Русофобия: от детских насмешек до запрета языка
Мамыкин вспоминает, что первые проявления неприязни к русским он почувствовал в детстве, примерно в 1978–1979 годах. Будучи трех-четырехлетним ребенком, он слышал от латышских ребят: «Так это же русский! А что ты с русскими играешь в одном дворе?» Тогда он не придавал этому значения, тем более что в школах хорошо учили национальному языку.
Политическая волна русофобии поднялась в Латвии в 1988–1989 годах. На первом съезде «Народного фронта» делегаты голосовали за восстановление ленинских принципов национальной автономии, но уже в 1989 году началось движение за запрет высшего образования на русском языке. В 2004 году удалось отстоять компромиссную реформу, по которой 60% предметов преподавались на латышском, а 40% – на русском. К 2018 году националисты решили полностью убрать русский язык из государственных и частных школ, детских садов и вузов.
Мамыкин отмечает, что конституционный суд Латвии разрешает открывать частные школы, например, на мальтийском языке, но не на русском. При этом Рига остается русским городом примерно на 65%, Латвия почти на 40% русскоязычная, а в Даугавпилсе русскоязычное население составляет около 99%. Он сравнивает начальный этап неприятия с тем, как в нацистской Германии начиналось унижение евреев – с полуподколочек и шуток.
Доносы и угрозы после 2022 года
После 24 февраля 2022 года, по словам Мамыкина, многие вчерашние друзья перестали здороваться с его детьми, даже когда те здоровались первыми на латышском. Ему самому приходили сообщения с оскорблениями. Он упоминает угрозы и возможные нападения, поскольку были случаи избиений.
Особое место в рассказе занимают доносы. Мамыкин приводит пример женщины, которую оштрафовали за разговор на русском языке с сантехником на территории собственного дома. Соседи написали донос, хотя место не общественное. Также соседи подглядывали за другими через окно, чтобы узнать, не смотрят ли те российские или белорусские телеканалы. Полиция приходила с проверками. За разговоры на русском в общественных местах люди получали административные взыскания. Ношение георгиевской ленты в первый раз карается штрафом, при повторном нарушении наступает уголовная ответственность.
Милитаризация Прибалтики
Мамыкин считает, что особое беспокойство вызывают милитаризация и подготовка к войне. Он указывает на оборонный бюджет Латвии на 2026 год – рекордные 2,16 млрд евро, или 4,91% от ВВП. Четверть процента от внутреннего валового продукта Латвии уже четвертый год тратится на Украину. В прошлом году 275 из 365 дней в стране проходили военные учения с участием или без участия иностранных войск.
Эстония, по его словам, просит ядерное оружие, а Литва приняла закон, разрешающий размещение тактического ядерного оружия на своей территории. Он также связывает белорусофобию с закрытием контрольно-пропускного пункта «Григоровщина» и заявлениями латвийского майора Слайдиньша о возможности похищения лидеров России и Беларуси. Мамыкин говорит, что видит в этом желание уничтожить страну.
При этом Мамыкин утверждает, что простые люди в Латвии хорошо относятся к белорусам, любят их гостеприимство и трудолюбие. Он отмечает, что в 2025 году Комитет ООН по правам человека выразил обеспокоенность политикой латвийских властей по ограничению русского языка в образовании, СМИ и общественной сфере.